Понедельник, 18.06.2018, 20:19
Приветствую Вас Гость | RSS
Вход на сайт
Друзья сайта
ГЕЙ ФОРУМ GAY LIFE

SEX GAY LIFE

LIVE GAY LIFE

SLOGAN GAY LIFE

LOVE GAY LIFE

STORY GAY LIFE

NEWS GAY LIFE
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Гей рассказы Погонщика

Гей истории, рассказы Погонщика

Главная » 2016 » Сентябрь » 25 » Витька
09:18
Витька

- Знаешь, Димка, какая мне в голову мысля пришла, только ты не ругайся, ладно? Интересно, у нас на ипподроме есть кто-нибудь по теме?

Мы с Димкой работали на дорожке - он гнедого Поворота, я - красавицу Комету. Шли мы неширокой рысью под седлом и успевали между делом отрывисто болтать. И хоть и Димка был младше меня, но на ипподроме занимался куда как большего моего и был досконально знаком со всеми тонкостями ипподромской жизни. Я его знал довольно недавно. Нет, в принципе здесь - в конюшне я с ним неоднократно встречался, но особо приятельских отношений между нами не было. Так, "привет-привет", вот и весь разговор. Ну а когда я совершенно случайно увидел его в профильном ночном клубе, отношения наши приняли другой характер. Помню, Димка тогда страшно удивился и сильно смутился. Еще бы! Ведь о нем, так же как и обо мне, никто ничего не догадывался, а тут такое. Но, тем не менее, мы быстро нашли с ним общий язык, он оправился от первоначального смущения, и вскоре мы с ним стали закадычными друзьями. Вот как бывает - сошлись на почве одинаковых интересов.

Димка был кандидатом в мастера, подавал, по словам тренеров, большие надежды, но его природная леность мешала ему выступать, как минимум, на республике. Его, впрочем, это ничуть не волновало, и занимался конным спортом он исключительно в свое удовольствие. Я - другое дело. К спортивным достижениям я стремился, стремился отчаянно, но ничего-то у меня и не выходило. И дальше первого разряда я не продвинулся. Вскорости поняв, что ничего мне в этом спорте не светит, я устроился в рысистую конюшню, где работали уже профессионалы, сначала конюхом, а спустя некоторое время стал и помощником наездника. С Димкой мы продолжали дружить, хотя и находились с ним в разных конюшнях. Он - на верховой, я - на рысистой. И работать с ним бок-о-бок наших лошадей получалось у нас нечасто, поэтому таким моментам мы оба были несказанно рады.

Вот и сейчас - работая наших лошадок, мы успевали между делом обсудить всех и все.

-Ха! - усмехнулся Димка. - Есть, как не быть. Причем, рядом с тобой работает.

-Кто? - я от неожиданности натянул поводья. Комета неспешно перешла на шаг. Поворот недовольно покосился на нее и тоже попытался сойти с рыси. Но Димка поддал ему шенкелей, и полуобернувшись ко мне, отрывисто бросил:

-Чего сбился-то! Вперед!

-Кто это, Дим? - я выровнял рысь, и мы опять пошли рядом.

-Кто, кто? - передразнил он меня. - А ты подумай, неужто сам не догадаешься.

-Ну Никодимыч - тот отпадает, он уже полвека здесь, - я неторопливо, вслух начал перечислять работников нашей конюшни. - Колян Бычков женат. Танька с Юлькой - само собой.....

-А что, по-твоему, женатый "нашим" быть не может? - Димка усмехнулся.

-Да ну, ты, брось! - уверенно сказал я. - Хотя....Это было бы здорово, если так. Колян-то симпотный, чертяка! Что, правда он?

-Ты дальше давай перечисляй, думай-думай!

-А кто еще остался? Мишка-ветеринар да Беленко Витек.

-Ну?

-Что, кто-то из них?

Вместо ответа Димка слегка натянул поводья, и легонько похлопав Поворота по шее, свернул налево.

-Пошли, Погон, в круг, пусть отдохнут немного.

-Да моя-то не устала. Никодимыч увидит, опять орать начнет, что не доработал Комету.

-Ниче-ниче, мы только там срежем чуток, а дальше опять рысить будем.

-Ну давай, - и я вслед за Димкой свернул внутрь бегового круга на поросшее веселой зеленой травкой место.

Тут мы уже пошли шагом. Димка, достав из внутреннего кармана щегольской курточки сигарету, не спеша, с наслаждением ее закурил и только после этого повернул разгоряченное лицо ко мне.

-Ну что, тетеря, так и не догадался? - и не дожидаясь ответа, продолжил. - Да Беляк ваш на зоне же сидел.

-Ну и что? - тупо спросил я.

-Вот бестолочь! А то, что там он известными делами занимался. Понял теперь?

-Это Витька-то?

Я не верил своим ушам. Чтобы Витька Беленко - да был на зоне опущенным, нет - это было выше моего понимания. Нормальный шустрый пацан, чуть старше меня. Постоянно липнет к девкам, постоянно с ними шуры-муры разводит. Кажется, не женатый....Вот, пожалуй, и все, что я знал о нем. И как-то это совершенно не стыковалось с тем, что рассказал мне Димка.

-Он знаешь за что сел? - продолжал меж тем Димон.

-За кражу. Он мне рассказывал.

-За хуяжу! - Димка щелчком выкинул сигарету. - За изнасилование не хочешь?

-Слушай, а ты-то откуда об этом знаешь? - я подозрительно покосился на него.

-Знаю-знаю.... - озабоченно проговорил Димка, оглядываясь назад. - Все, хватит с этим базаром. Завязали на сегодня. Вон, Прохор к нам на своей каличной кобыле движется. Ты, Погончик сегодня не дежуришь?

-Ну, я сегодня в ночь, - сказал я, оглядываясь в том направлении, куда показал мне Димка. К нам действительно неширокой рысью приближался Димкин одноклубник Лешка Прохоров, надо отметить, очень приятный пацаненок. Я на него постоянно заглядывался, ну да это к делу не относится.

-Вот и хорошо. Я тоже сегодня допоздна здесь. Вечерком забегу к тебе. Там и погутарим. А сейчас - давай, дуй на круг, а я к Прохору поеду.

-Слушай, Дим? А Прохор ваш - не "наш" случайно? - спросил я уже в спину Димки.

-Ну нет, ты, блин, не исправим! Какой он наш, какой наш? Ты думай, что говоришь! - он обернулся, и глаза его озорно блеснули. - Давай беги на круг, горе! Вон, твой Никодимыч из конюшни выезжает на Барбусе. Щас тебя как увидит... - и он, не договорив, легонько пришпорил Поворота и легкой рысью устремился навстречу Прохору.

Я посмотрел в сторону нашего отделения. Действительно, из выкрашенных ярко-зеленой краской ворот не торопясь выезжал Никодимыч на вороном Барбусе. Я в который раз подивился Димкиному умению все подмечать и видеть с лёта, и подобрав повод, направил Комету на круг....

Кроме того, что я числился на должности третьего помощника наездника, я еще и оставался раз в три дня по ночам. Подрабатывал ночным конюхом. "Миллионы хочешь заработать", - шутил Колян Бычков. Я лишь весело отшучивался. Было лето. Делать в городе было нечего совсем, и я, получилось так, что все свое свободное время проводил на конюшне, работая там днями и ночами.

Вот и сегодня, после пяти часов, когда все разойдутся по домам, мне предстояло ночевать в конюшне. Естественно, покормить лошадей, навести относительный порядок, и можно было делать что угодно до наступления утра. Утром напоить-накормить еще раз и ждать появления начальства. Чтобы начиная с утра, работать поочередно лошадей. А после обеда - чистка, ковка и уборка. Вообщем, такой вот распорядок.

Отработав сколько надо Комету, я, неторопливым шагом приближался к конюшне. Естественно, мысли мои крутились вокруг да около рассказанного мне Димкой. Оказывается Витька, этого общительного привлекательного пацана использовала вся зона.... Ну и ну! Да откуда же Димка об этом узнал? Да и вообще, не врет ли он? Может, просто разыгрывает? Как бы то не было, вечером он мне все расскажет. А пока я решил присмотреться к Витьке повнимательней.

А вот и он - собственной персоной. Стоит у дверей конюшни и о чем-то непринужденно треплется с нашим конюхом Юлькой. Та заливисто хохочет. Витька пытается ее шутливо обнять. Она также шутливо тычет его в грудь, но обнять все-таки позволяет. Он ее хлопает чуть пониже спины. Она лупит его по шее - вообщем обычная ситуация, на которую я в другое время не обратил бы и внимания. Но сейчас я во все глаза уставился на Витьку, не заботясь о его реакции.

-Ну что, Погон, отработал Комету? А Никодимыч ворчал на тебя, когда увидел, что ты в кругу шагаешь с Димкой - верховиком.

-Что он сказал? - спросил я, соскакивая у ворот.

-Сказал, что ты балбес, и что твое место - тачки с навозом таскать.

Юлька прыснула в кулак и поспешно скрылась в прохладной глубине конюшни. Сам же Витька смотрел на меня наивными васильковыми глазами без тени улыбки. Знал бы я его первый день, я, возможно, поверил в эту лабуду, а так....

-Врешь же все, Витек! По твоим блядским глазам вижу!

Это был пробный шарик. В любое другое время я бы никогда не употребил эпитет "блядский". Витька же удивленно хмыкнул:

-Чего это они блядские вдруг стали? И чей-то ты на меня так смотришь, Погон?

-Как так?

-Пронзительно.

-Я так не умею. А смотрю - потому как пытаюсь раскусить тебя, - я сделал намеренную паузу, в течение которой не сводил глаз с Витькиного лица. - Врешь ты или нет.

-Зуб на мясо, Погон! Так и сказал! - Витька шутовски перекрестился.

-Крест на пузо! - в тон ему продолжил я. - Ведь врешь же! Не мог Никодимыч на меня такое сказать.

Витек не успел мне ответить. Из проема конюшни выехал в качалке Колян Бычков.

-Посторонись! - зычно крикнул он. А выехав, обернулся ко мне.

-Чего Комету не заводишь? Давай, поторопись Погон! Тебе еще Гамму махать сегодня. И ты, Витька, давай Енисея запрягай! - и присвистнув на своего гнедого Револьвера, он устремился к дорожке....

Остаток дня прошел как обычно. За исключением того, что я исподволь присматривался к Витьке. Ну и ничего, разумеется, в его поведении не обнаружил. Такой же, как и всегда. Я стал вспоминать, как с ним познакомился, как он себя ведет в компании. Тоже все как обычно. За исключением того, что выпить Витек любит по страшному, как говорится - хлебом ни корми - дай за стопку подержаться. И когда дойдет до кондиции, его, бывает, прорывает на скупую мужскую слезу. В том смысле, что он любит поплакаться на свою горькую судьбинушку. И не кому угодно, а именно мужику. Вот и все подозрительное в его поведении. Больше, как я не тщетился, вспомнить не мог.

"А, вообщем, мне какая разница? - поймал я себя на мысли. - Я что с ним, шуры-муры, любовь-морковь разводить собрался? Я что, его в постель тащить буду? Нет. Так зачем мне это надо? - и сам же себе ответил. - А надо тебе, дорогой мой, потому как тебе приятнее осознавать, что рядом с тобой есть еще один человек, чьи интересы лежат в совсем другой плоскости, чем у большинства. И что потом? Что ты его крутить на что-то собрался? Да нет, вроде....Крутить я его не буду....Тем более, ты забыл одну вещь, Погончик! Вещь немаловажную. Может что-то у Витька и было на зоне. Но это "что-то" было, наверняка против его воли...так в основном и бывает...и, значит, сейчас он старается забыть об этом. Ведь он, скорее всего обычный натурал, которых вагон и маленькая тележка! Тем более, если сел за изнасилование....Значит....Что получается? А ничего и не получается!"

Так примерно я рассуждал, работая на дорожке светло-серую Гамму. Что не надо мне лезть к Витьке! И вообще, надо дождаться Димкиного прихода. Пусть расскажет что о нем знает....А там и видно будет.

Часам к семи, когда я, оставшись один, уже начинал прибираться в конюшне, завалился Димка. Глазенки его поблескивали.

-Ну что, Погон! Ты уже начал? - он дохнул на меня свежаком.

-Не иначе как накатил уже, сволочь! - я набирал в ведра воду.

-И накатил и тебе принес, - на этих словах он достал из-за пояса ополовиненную бутылку самогона.

-Мне еще в двух конюшнях убираться! - запротестовал я.

-А я тебе помогу, а потом вместе и посидим. Лады?

-Где самогон-то взял? - вместо ответа спросил я. - Поди, опять у цыган на овес выменял?

-А то где же еще? - и Димка рьяно принялся помогать мне.

Через час с небольшим, в течение которых мы с Димкой перебросились едва ли парой-тройкой фраз, лошади были закормлены и по конюшне стоял тихий шорох поедаемого сена. Быстро подметя пол, я зашел в каптерку, где Димка уже рыскал в поисках стаканов.

-Что у вас на отделении все стаканы в каком-то говне? - обернулся он недовольно ко мне.

-Это не говно, дурень, а камфара. Знать надо!

-Вот я и говорю....Зачем ее в стаканы-то наливать?

-А это твой Витька так лошадям плечи натирает. Сначала в стакан, а потом в ладошку.

-Хм...мой....Ну ты сказал! - Димка наконец-то разыскал чистую посуду, и откупорив бутылку, плеснул едва на донышко стакана.

-Это мне. Мне много не надо - уже хорош. А это - тебе, - и он щедро набулькал полстакана самогона.

-Чё, сдурел? Я столько без закуски не осилю, - я отодвинул стакан обратно. - А что касается Витьки, так сам же про него начал рассказывать. Так что, колись дальше. Как про него узнал?

Димка проигнорировал мой вопрос. А вместо этого открыл хлебницу и протянул мне сочный помидор.

-На вот, закусишь. У вас тут надыбал. Давай выпьем и расскажу.

Я опрокинул в рот теплое пойло без особой охоты. Против ожидания самогон оказался совсем не противный. Цыгане знали Димку, как своего постоянного клиента, который периодически таскал им овес и что касаемо самогона, фуфло ему не гнали. Что не скажешь про всех остальных их клиентов. Так как овес цыганам несли все кому не лень. Это за воровство никогда и не считалось, тем более, овса на ипподроме было как грязи на селе. Но вот, почему-то Димке цыгане всегда продавали хороший качественный продукт. Я всегда собирался спросить у него, почему к нему такое предпочтение, но постоянно забывал об этом. Вот и сейчас, закусив помидоркой, я открыл было рот, чтоб наконец спросить об этой "тайне", но Димка мне не дал.

-Ну, короче о Витьке... - я весь превратился в слух. - Я тоже раньше думал, что он за кражу сидел. До начала июня так думал. А помнишь, я тогда у себя на конюшне ночным подрабатывал? Так вот, тогда, после бегов, в воскресенье, собралась нас толпа, отметить это дело. Ну и сидим мы за Нинкиным отделением. Выпиваем. И Витька с нами. Вдруг смотрим, к конюшне джипарь какой-то подъезжает. Все понятное дело, рты пооткрывали, не так уж и часто у нас такую тачку увидишь. Выходят оттуда два мужика. Черепа - как бильярдные шары. И прямиком к нам. Витька как увидел их, так его перекосило бедненького. Вскочил он - и к ним навстречу. Сам. Мы понятное дело, сидим, смотрим. Встретились они на полпути. Витька им руку тянет, а они словно не замечают ее. Махнули только головой по направлению к машине, и ушли к ней втроем. Ну мы так пролялякали про него, мол, какие крутые дружки у нашего Витьки, не иначе, как на зоне вместе сидели. А Живик и говорит: "Тут что-то не так, видите, они с ним даже не поздоровались". Ну, суть да дело - мы дальше пить стали, уже и о Витьке забыли. Смотрим, появляется. Белее мела парень. Подошел, ни слова не говоря, навернул стаканяку и стал домой собираться. Мы, понятное дело, к нему - мол, расскажи кто такие, что почем? А он только отмахнулся. Сказал лишь, что это дружки его старые - и все. Вот такая история.

-Ну и? - спросил я после продолжительного молчания.

-Чего? - Димка поднял на меня свои глаза.

-Ну а дальше-то?

-Дальше не интересно. Короче, деньги они с него требовали. За молчание. За то, что никто у него на работе не узнает, как его на зоне использовали, - просто ответил мне Димка, разливая самогон.

-От, блин! Ну а ты-то, ты, откуда об этом узнал? От него что ли?

-Ну а если и так? - Димка поднял свой стакан, и сквозь мутное стекло хитро посмотрел на меня.

-Ну вот, врешь же, Дима! Врешь!

-Вру, - просто согласился он. - Пей, я тебе дальше расскажу.

Я послушно выпил и уставился на Димку в ожидании продолжения. А он словно не спешил. Не торопясь, подкурил сигарету, затянулся, с наслаждением выпустил аккуратные колечки дыма под потолок и только после этого продолжил:

-Мне Ромка рассказал про это.

-Кто такой Ромка? - спросил я недоуменно.

-Цыганенок. Антонов сынок. Того, кто мне самогон на овес меняет.

-Чего это он так с тобой разоткровенничался? - подозрительно спросил я.

-Ну ты уж прям многое знать хочешь, Погончик. Это не важно. Просто те мужики Антона-цыгана знают. У них с ним дела какие-то.... Они после этого приезжали к нему. Коньяк пили на кухне. Вот прикинь, Погон! Мне какую-то бурду продает, говорит, что водки тыщу лет уже в глаза не видел. А каких-то зондеров коньяком поит! - Димка неожиданно оживился, глаза его заполыхали гневным негодованием. Не дать, ни взять - благородный Юпитер в гневе!

-Ты давай, не увиливай, рассказывай дальше - я попытался направить его рассказ в нужное русло.

-А я о чем и говорю, коньяк, сволочь, не хочет мне продавать! Не цыган, а жид какой-то....Все-все, продолжаю, - Димка посмотрел на меня, готового рассердиться и хитро улыбнулся. - Короче, Ромка этот разговор их подслушал, эти мужики и рассказали Антону всю подноготную о Витьке, и чего они от него хотят.

-И сколько же они хотят? - заинтересованно спросил я.

-Не хотят, а хотели....Так как Витька уже заплатил им, - и Димка назвал мне сумму.

Я удивленно присвистнул.

-Где ж он деньги-то такие взял?

-Где? А ты не знаешь?

-Бля буду, откуда мне? - удивился я.

-А сено у вас все на месте? А овес?

-Слу-у-ушай... - протянул я, прищурившись и припоминая некоторые обстоятельства. - Никодимыч недели две назад бурчал, что три рулона сена куда-то испарились. И сено-то хорошее - чистая люцерна.

-Ну вот ты и понял! - пропел Димка. - Он же его опять-таки Антону загнал. Тот с ним рассчитался. А он деньги - этим бритоголовым. Чуешь, какая цепочка!

-Да вообщем-то мне плевать, Димка, на эту цепочку. Мне другое интересно. Как он до такого опустился на зоне?

-Ты вспомни, за что он сидел? Там таких не жалуют.

-Хочешь сказать, против его воли?

-Ну этого я не знаю....Может, и против, а, может, и с согласия....Сам же знаешь, как натуралам это нравится....А поначалу благородных целок из себя строят...

-Так-то оно, так, - раздумчиво протянул я. - Но все-таки там немного другие условия.

Димка лишь пожал плечами и разлил в стаканы остатки самогона.

-Ты смотри, Погон, никому не проболтайся! - погрозил он мне пальцем. - Ни мне, ни тебе, я полагаю, лишние неприятности не нужны. Так?

Я машинально кивнул головой и опрокинул в себя содержимое стакана.

-Насколько я тебя знаю, ты будешь пытаться подбить к нему клинья. Вот этого-то делать и не надо, - неожиданно серьезно сказал Димка. - Не забывай, что все это с ним происходило на зоне, и, процентов восемьдесят - что без его на то согласия. Усек?

-Да нужен он мне, Димка! Хоть и ничего пацан, но не буду! Точняк! Лучше вот к твоему Прохору клинья подбить!

-Ха! К нему-то?! Бей на здоровье! Только лоб, смотри, не расшиби! От нашел же к кому - к Прохору!!! - как бы в сторону сказал Димка. - Да он же зачуханистый какой-то...

-Зато беленький и крепенький, как раз то, что мне надо....

-Тебе хрен угодишь, привередливый ты наш, - вздохнул Димка и выразительно посмотрел на бутылку. - Тогда, в клубе нашел же тебе белобрысого, так нет же - "толстый, вертлявый, зубов нет", - гнусаво передразнил меня Димка.

-А что поделаешь, если у него правда зубов не было, - рассмеялся я.

-Так это же самое то, когда зубов нет. Кстати, на зоне у таких вот, как Витька их специально выбивают....Чтоб сосал без всяких...

Я сразу вспомнил, что у Витьки полный рот вставных зубов с позолоченным напылением. А Димка меж тем продолжал:

-Короче, ладно, засиделся я с тобой. Хотел вначале еще за бутылкой сгонять, а сейчас думаю - хрен с ней! Мне завтра на занятия надо. Так что пошел я. Бывай! - и он протянул мне руку.

Уже в дверях конюшни он полуобернулся ко мне и неожиданно тверезым и серьезным голосом сказал:

-То, что я тебе говорил, Погон, это не шутка. Так что смотри!

-Не ссы! - напутствовал я его, закрывая дверь.

Сам же прошел в опустевшую каптерку, и закурив Никодимычевскую "Беломорину", стал по новой переживать только что произошедший разговор. То, что рассказал мне Димка, было для меня, безусловно, интересно. И Витька, и такой неожиданный шантаж со стороны его зоновских дружков. Почему-то подумалось, что окажись я на месте Витька, сразу же бы уволился с конюшни и подался бы, куда глаза глядят - на Север куда-нибудь, на вахту. Лишь бы подальше от всего этого. Но, видимо, у Витьки были на это другие планы. Во всяком случае, внешне он остался таким как прежде - веселым неунывающим бабником, не пропускающим мимо себя ни одной юбки. "Интересно, ведь он раз заплатил уже. Отстали ли они от него или нет?" Оказывается, не отстали. В этом я убедился собственными глазами спустя какую-то неделю.

В тот день я опять остался дежурить в ночь. Время подходило к пяти, и работники конюшни начали постепенно расходится. Первым, словно что-то чувствуя, смотался Витек. Он вообще ушел чуть ли не в четыре часа, сославшись на больную мать. И ровно в пять на отделении остались только я и Никодимыч, который не торопясь попыхивал в каптерке "Беломором". Я вышел на улицу с намерением закрыть наши ярко-зеленые ворота, как тут увидел их.... То что это они, у меня не вызывало сомнений и сердце сразу екнуло, хотя бояться мне было совсем нечего. Массивный темно-бордовый джип уверенно подрулил к конюшне и остановился в каких-то трех метрах от меня. Я стоял как загипнотизированный, и не двигаясь, смотрел на машину. Вот дверца со стороны пассажира открылась и из джипаря потягиваясь вышел первый. "В точь-точь, как Димка описывал, - мелькнула в голове мысль. - Головы точно, как бильярдные шары". А сам же, опершись на метелку, приготовился ждать. То, что они по Витькину душу - это было ясно.

-Эй, малец, - окликнул меня первый, хотя мальцом меня назвать можно было с большой натяжкой. - Беленко здесь?

-Нет, - я покачал головой.

-Что, уже ушел? - спросил он с ноткой сомнения в голосе и сверкнул золотым зубом.

Со стороны водителя между тем вышел и второй, похожий на первого, как две капли воды. Только у него в вороте распахнутой белой рубашки висела витая золотая цепочка, наверное, с мой палец толщиной. Несмотря на такую кажущуюся вроде солидность, обоим было, на мой взгляд, чуть больше тридцати, ну, может, около этого.

-Так время-то уже - пять. Что ему здесь делать? - ответил я и выжал из себя улыбку.

-И давно?

-Да с полчаса.

Второй с сомнением посмотрел на меня и мотнул первому головой.

-Поехали.

А первый опять сверкнув золотым зубом, обратился ко мне.

-Передай ему, чтоб завтра нас дождался, - он непривычно для моего слуха растягивал слова.

-А когда вы завтра приедете? Что ему сказать? - набрался наглости я.

-Когда захотим, - отрезал тот. Дверка хлопнула. Машина, заурчав, развернулась и медленно покатила к выходу из ипподрома.

Я проводил ее взглядом и пошел внутрь конюшни. "Значит, не отстали они от него. Значит, будут еще тянуть. Вот, блин, у Витьки же за душой ни гроша нет. Что они к нему привязались? Не уж-то каких-нибудь там денежных лохов найти не могут? Хм-м, а Витька....Вот завтра он испугается, когда скажу ему". Я отчетливо представил, как и без того узкое продолговатое лицо его вытянется еще больше, а васильковые глаза беспокойно забегают. И странно.... Почему-то особой жалости к нему не было. Был лишь нездоровый интерес - как он из этой ситуации выпутается, как переживет ее.

Из каптерки кряхтя вышел Никодимыч.

-Ты.... эта.... сено в загашнике не бери сегодня.... Бери с улицы...эта.... ага...

-А что так, Никодимыч? Там сено хреновое, - я в недоумении посмотрел на него.

-Ну.... ага вот.... поэтому и бери там. - Больше он не удостоил меня своим вниманием и поковылял к выходу. Я закрыл за ним дверь, и остаток вечера провел как обычно.

Утром Витька немного задержался и залетел в каптерку запыхавшийся, но улыбающийся. Никодимыч в это время работал свою любимую кобылу Княгиню, а Колян уже готовился к выезду. Так что в каптерке был я один. Танька с Юлькой помогали Коляну.

-Че Погон, как ночь прошла? - спросил Витька, бросая свою сумку на полку.

-А что такое? - вопросом на вопрос ответил я. - Как обычно....

-Овес-то цыганам не загонял вчера? - спросил он, стоя ко мне спиной и стягивая через голову майку.

От его такой наглости я немного опешил.

-Чего городишь-то? Я наш овес на самогон не меняю, - обиженно ответил я.

-А чей меняешь? - смеясь, спросил он, разуваясь и расстегивая джинсы.

-Пошел ты.... - коротко послал его я. - Я тебе другое хочу сказать.

Витька довольно загоготал.

-Гутарь, если хорошее....

-К тебе вчера твои дружки приезжали.... На джипе, - сказал я через паузу.

Витек в это время стоял ко мне спиной, копаясь в шкафу с рабочей одеждой. И как только я заикнулся про джип, он на секунду замер. Худые лопатки его нервно вздрогнули. "До чего ж он худенький", - подумал я некстати, глядя на него со спины. На его узкую спину, плоский зад, едва прикрытый плавками, тонкие безволосые ноги.

Ну да надо отдать ему должное - замер и вздрогнул он лишь на мгновение. А потом, все так же, не оборачиваясь, нашел свою рабочую рубашку и штаны, не торопливо повернулся ко мне и только после этого спросил:

-Да? Ну и что дальше?

Я пожал плечами.

-Ничего.

-А что ты им сказал?

-Что ты ушел.

-А они?

-А они сказали, чтобы ты их дождался сегодня обязательно, - медленно проговорил я, глядя Витьке в глаза.

Он недолго выдержал мой взгляд и опять повернулся ко мне спиной, застегивая штаны.

-А когда будут, не говорили? - как-то тускло спросил он.

-Сказали, когда захотим, тогда и будем, - я буравил взглядом его затылок.

-Ты вот что, Погон, - он повернулся ко мне и прищурясь, посмотрел прямо в глаза. - Ты ни кому не говорил, что мне сейчас передал?

Я отрицательно покачал головой.

-И не говори, ладно? Я тут сам с ними разберусь, - он помолчал. - А то повадились ездить тут, - как-то фальшиво закончил он, отводя взгляд в сторону.

-А чего они пристали к тебе, Витька? Чего хотят? - я прикинулся простачком.

-Да понимаешь, это зоновские мои дружки. Недавно откинулись. А вот сейчас нашли меня и тянут назад.... А я не хочу.... А они все ездят и ездят. Упрашивают все.

От его слов настолько разило фальшью, что и Витька сам, наверное, это почувствовал, так как, говоря это, он старательно избегал меня взглядом, а закончив, суетливо схватил уздечку и вышел из каптерки. В дверях все же он обернулся и полуутвердительно, полувопросительно сказал:

-Ну мы с тобой договорились.... Да?

Я только махнул ему рукой, и взяв свою уздечку, медленно вышел вслед за ним....

"Интересно будет мне дождаться его приятелей сегодня, - размышлял я, работая на дорожке. - Посмотреть на Витькину реакцию, на его состояние после этого". Но время близилось к вечеру, а знакомой машины все не было. Вот и пять часов. Все начинают переодеваться и потихоньку расходиться. Я наблюдал за Витькой. Тот заканчивать свой рабочий день будто и не думал. Пол пятого он затеял ковку Енисея, чем немало удивил Никодимыча и Коляна и рассмешил Юльку.

-Ты чего, Витька? Горит, что ли Енисея ковать? Завтра бы и сделал, - пробурчал Никодимыч, попыхивая неизменным "Беломором".

-Да ты что, Никодимыч, не видишь, человек разработался, - потешалась Юлька. - Витенька, может, ты мне еще пару-тройку денников почистишь? А?

-Уйди, оторва! - отмахнулся Витька. - А то сейчас как влеплю леща горячего под зад, будешь знать.

-Ой-ой-ой, испугалась. У тебя еще влеплялка не доросла, - кривлялась Юлька. Танька вторила ей.

Но как бы то не было, постепенно все разошлись. В конюшне остались только я, Витька и ночной конюх - маленькая шустрая девчонка по прозвищу Белка. Собственно, делать мне было нечего, задерживаться тут дальше не имело смысла. Я в последний раз вышел за ворота и посмотрел на дорогу. Никого не было. "Бедный, - подумал я тогда. - Это ж сколько ему ждать еще придется. А если они совсем поздно приедут?".

-А ты чего домой не идешь? - спросил он меня, когда я зашел внутрь.

Я пожал плечами.

-Пошел уже.

И так оставаться здесь дальше означало только вызывать Витькино подозрение, я, закинув сумку на плечо, и попрощавшись с ними, отбыл домой.

На утро первым моим вопросом к Витьке, когда мы остались одни, было:

-Ну что, Витек, приезжали твои корефаны вчера?

Он недовольно поморщился и словно нехотя ответил:

-Да я их что, до утра ждать буду что ли? Подковал Енисея и через полчаса после тебя ушел.

"Ну-ну, - подумал я про себя. - Через полчаса.... Нет, пожалуй, ты здесь допоздна сидел. Надо будет спросить у Белки, когда он ушел". Но сама Белка уже убежала, и я даже ее утром не увидел. Чувствовал я себя тогда заправским следопытом, распутывающим сложный клубок. "Хотя, зачем мне это надо? - в очередной раз подумал я. - Раскусить Витьку? Заставить его признаться? Ну а дальше? Сказать ему - а я тоже такой, мне тоже нравятся мужики....Тьфу ты, чушь какая. Да он даст мне в ухо и весь сказ на этом".

Но в ухо он мне не дал.... Он мне пытался раскроить черепок молотком. А после этого.... Короче, все произошло так быстро и стремительно, что я даже сейчас, по прошествию многих лет, вспоминаю те события так ясно и отчетливо, как будто это было вчера....

Прошло еще недели две. Все было как обычно, за исключением того, что в соседней конюшне пропало три рулона сена, хранящегося на улице. Я прекрасно осознавал чьих это рук дело, да и Димка, узнав об этом, усмехнулся и сказал:

-Ха.... не отстали, видать, дружки от вашего Витьки. Ишь, как доят его. Так скоро и лошади пропадать начнут.

Витька вел себя как обычно, вот только веселости в нем немного поубавилось, да и напиваться после работы он стал чаще, чем обычно.


-Погон! Помоги мне! Этот меня изнасиловать хотел! Убери его от меня! Пожалуйста!

Естественно, даму надо было защитить, уж так все воспитаны, поэтому я, отстранив ее от себя, спокойно сказал:

-Иди, умывайся и приводи себя в порядок. Я здесь сам разберусь.

-Ага, - она шмыгнула носом и быстро засеменила к бочке с водой. - А, может, милицию вызвать? Я мигом.

-Не надо. Без нее разберемся, - ответил я повернувшись к ней спиной и наблюдая за Витькой.

-Какая милиция? Ты че, курва, сдурела? - Витька услыхал последние ее слова и ринулся к выходу.

Я преградил ему дорогу. Он, словно только что заметил меня, с размаху наткнулся и остановился как вкопанный.

-А-а-а, Погон.... А ты че тут делаешь? - пьяно проговорил он. - Пусти, я этой шалаве сейчас пасть порву!

-Ничего ты никому не порвешь, - спокойно ответил я. - Сядь, посиди, охолонись.

-Че-е-его? - презрительно протянул он. - Сопляк! А ну уйди!

Я легонько толкнул его в грудь. Он попятился.

-Говорю тебе, Витька, уймись. Придумал чего.

-Пошел на .... Последний раз говорю, пиздуй отсюда. Иначе пожалеешь.

-Ты сейчас договоришься, Витя.... Рассердишь меня, - я старался говорить спокойно, хотя коленки у меня подрагивали. Еще бы. Витька был старше меня лет на шесть. Все-таки - разница, как-никак.

Я быстро обернулся и посмотрел на Белку. Она зажалась в угол, там, где у нас были бочки с водой, и испуганно смотрела на нас. Когда я вновь обернулся к Витьке, тот нашаривал рукою в ящике с инструментами, не сводя с меня глаз. Тут я испугался по-настоящему, так как в руке у него оказались железные клещи на длинной ручке. Он сделал шаг ко мне.

-Ну? - спросил он грубо.

Конечно, в любое другое время я бы благоразумно убежал от него. Но в этот раз за спиной была Белка. Нет, я не сколько боялся оставить ее на растерзание Витьки, если убегу, сколько того, что если я убегу, об этом завтра будет знать весь ипподром. О том, что я не смог защитить девичью честь. Вот, наверное, эта-то и мысль пригвоздила меня к полу. Отступать было нельзя.

-Сядь! - коротко сказал ему я и сделал шаг назад.

Дальше все произошло молниеносно. Витька замахнулся клещами.... Удар. Мой блок.... Дикая боль в руке. Клещи летят в сторону. Молоток.... Удар. Второй блок. Немного неудачно.... Молоток задел по плечу. Я, коротко размахнувшись, бью его снизу в челюсть.... Немеет плечо. Витька падает на лавку. Я сползаю по стене денника.... Отчаянный Белкин визг....

Все это заняло от силы двадцать секунд, а как будто целая вечность прошла. Держась рукой за плечо, я поднялся с корточек. Белка всхлипывала в своем углу. Витька, потирая челюсть, поднимался с лавки.

-Все равно у тебя ничего не выйдет сегодня, Витька, - сказал я ему устало, занимая свой пост в дверях.

Дальше и вовсе произошло неожиданное. Витька подбежал к столу и схватил граненый стакан. Я бросился ему навстречу. Но неожиданно раздалось его протяжное:

-А-а-а-а-а, суки вы все, - и с размаху.... держа стакан в руке.... об стол.

Кровь и стекло брызнули во все стороны. А он же, вмиг присмирев, опустился на лавку, и по-детски подвывая, стал слизывать кровь.

Когда первая оторопь у меня прошла, я быстро кликнул Белку и бросился к аптечке. Слава Богу, там было все необходимое. Бинт, марганцовка и йод. Белка, охая и ахая, сноровисто перевязала его.

-Может, скорую вызвать? - заикнулась она.

-Ты еще пожарных вызови, - ответил я ей. - Минуту назад милицию собиралась вызывать, сейчас скорую. Ты вот что, Белка. Давай по быстрому убирайся в конюшне и дуй домой. А я останусь. Время позднее. Домой ехать смысла нет. А ты недалеко живешь. Действуй!

Это решение пришло ко мне совершенно спонтанно. Остаться здесь. И не просто так, а с Витькой. Потому как было ясно, что никуда домой он сейчас уже не поедет. Тем более, ему и ехать надо было к черту на кулички, да и в его состоянии далеко бы он не уехал. Вот я и решил остаться здесь. С ним.... Это я сейчас так пишу, пытаясь оправдать свой тогдашний поступок, облечь его в слова. А объяснение всему этому было простое - я провоцировал ситуацию. Вот и все.

Белка испугано посмотрела на меня, и молча кивнув, побежала управляться.

-Дверь закрой, - успел крикнуть я ей напоследок.

Сам же уселся рядом с Витькой, который тупо смотрел куда-то в угол.

-Ну что, горе, получил? - как можно мягче спросил я. - Вот чего к ней полез-то? Своих баб тебе мало?

Только сейчас я заметил, что ширинка на Витькиных джинсах тоже расстегнута. "Основательно, однако, он решил с ней....", - подумалось мне тогда. Витька же не отвечал, по-прежнему глядя в угол.

-Ну, чего молчишь? - я приобнял его за плечи и легонько встряхнул.

Витька неожиданно всхлипнул и уткнулся мне в плечо. Плечи его задрожали.

-Ну-ну, чего ты так... - я немного растерялся, хотя такое состояние у Витьки было не редкое. Просто у меня на плече он не разу еще не плакал.

-Да задолбало все меня, Погон. Ты б только знал, как все надоело, - говорил он, всхлипывая. - Вот сегодня хотел как по-человечески с ней, а видишь, как вышло. Себя только покалечил.

-Нашел же с кем по-человечески, Витька, - я успокаивал его, гладя по голове. - Ведь про нее ничего такого не известно. Если бы давала, так об этом бы все знали. А она не из таких. Мало тебе одного изнасилования, сейчас бы второе пришили, - я добавил это машинально и тут же прикусил язык.

А Витька, еще по инерции пару раз всхлипнув, неожиданно замер и быстро поднял на меня свое лицо с покрасневшими глазами.

-Ты знаешь? - просто спросил он.

Отступать было некуда. Я кивнул. Он не стал спрашивать, откуда мне стало это известно, от кого я об этом узнал. Он только тихо сказало:

-Значит, все-таки сказали.... Теперь все знать будут, - и помолчав, как-то отстраненно добавил. - Завтра увольняться буду....

-Не, Витька, об этом только я знаю. И не боись, говорить я об этом никому не собираюсь, - горячо воскликнул я.

Он опять покачал головой.

-Все равно, увольняться буду. Терпеть это уже сил больше нет.

Я не знал, что ему ответить. Почему-то мысли витали в мозгу совсем не соответствующие серьезности момента. И от этих мыслей началось знакомое шевеление в штанах. Тем более и взгляд мой упирался в расстегнутую Витькину ширинку, туда, где бугрился небольшой холмик. Я по-прежнему обнимал его одной рукой за плечи, и он не делал попыток отстраниться. В коридоре гремела ведрами Белка. Я же почему-то отчетливо представил, как Витька нагибается к моим штанам и сосет мой член. Сосет так, как он это умеет. Так, как его научили на зоне. И все это происходит под этот шум в коридоре. Где за стенкой Белка, ничего не подозревающая Белка, кормит лошадей. Я представил это настолько отчетливо, и это новое ощущение, когда тебя могут застукать в любой момент, настолько сильно захватило меня, что я, не отдавая себе отчета, положил свою правую руку себе же на ширинку и стал не таясь массировать свою плоть. "Плевать, будет что будет! - помню, подумал я тогда. - Все равно он увольняться собрался. Да и я вообщем-то немного и теряю. Пока я ничего такого не делаю".

Витька заметил мое движение и немного отдвинулся от меня. Левая рука соскользнула с его плеча.

-Тебя-то чего так зацепило? - спросил он, усмехнувшись.

И я решился. Повернувшись к нему, краснея, как первоклассник, горячо заговорил:

-Вить, покажи, пожалуйста, как ты это умеешь. Покажи, а? Я никому-никому не скажу, честное слово. Просто это так необычно, так ново, - вдохновенно врал я. - Я просто от этого торчу....

Сказал и замер - как будто из огня да в полымя. Странно - но Витька ответил чуть медленнее, чем следовало. Ответил как-то равнодушно, отстраненно, как бы нехотя:

-Да пошел ты.... Тоже мне нашелся тут.... - Немного помолчал. - Лучше б самогона достал.

-Ну это как раз не проблема. Деньги есть у меня, сейчас Белку зашлем.

При имени Белки Витька болезненно скривился.

-И чегой-то на меня нашло сегодня.... Вот дурак.

-Не то слово, - я старался говорить нарочито бодро и весело, как будто не ныло у меня ушибленное плечо, как будто не было всего того, что произошло каких-то двадцать минут назад. Почему-то я был уверен, что Витька не воспринял эту мою такую внезапную просьбу в штыки. Да и вел он себя сейчас так, как будто сломлен уже человек, как будто все ему по барабану. И то, что о нем подумают. И то, кто об этом будет думать. И, главное, когда. Казалось, он не поверил, что о его этой тайне знаю только один я. Но как бы то не было, чувство у меня было такое, что Витька выполнит мою просьбу. Не сейчас, так позже, когда выпьет еще самогона, когда опьянеет еще больше. Ну а если дело стало только за этим, то это как раз и не проблема. Я выглянул в коридор. Белка катила по проходу тачку с овсом, останавливаясь около денников и отмеряя каждой лошади положенный гарнец. Увидев меня, она остановилась и вопросительно подняла брови.

-Слушай, Белочка! Сгоняй за пузырем. Пожалуйста! А то Витьке в себя придти надо. А я тут за тебя закончу. А?

-Как он там? - вместо ответа спросила она.

-Хреново. Помирает, выпить просит, - улыбнулся я.

-А рука?

-А-а-а, нашла о чем сожалеть.... Там рана-то неглубокая.... Ну что, сходишь?

-Давай деньги, - Белка подошла ко мне.

Когда она ушла, я принялся неторопливо продолжать закормку лошадей. Витька вышел из каптерки и привалившись к стенке наблюдал за мной. Как я успел заметить, себя в порядок он привел. Застегнул рубашку и штаны и сейчас стоял, держа перевязанную руку на весу.

-Сходи, умойся, Вить, - сказал я ему, искоса глянув на него. - Вон, лицо все перепачкано.

Он молча сходил умылся, также в молчании вернулся и встал напротив меня, разглядывая меня в упор. Признаться, мне стало немного не по себе - уж больно тяжелый взгляд был у Витьки. Я старался не обращать на него внимание, а молча делал свое дело.

-Ну что, давай Погон, колись. Откуда обо мне известно стало, - наконец нарушил тишину он. Сказано это было немного в растяжку, почти совсем так, как говорили со мной его дружки.

Я был готов к этому вопросу. Естественно, говорить всю правду я не собирался. Поэтому я остановился в проходе, и подняв на него безмятежный взгляд, как можно равнодушнее сказал:

-Да твои же приятели и сказали. Тогда еще. Когда приезжали.

-Что они тебе сказали? - немедленно спросил он.

-За что ты сел.

-Ну и?

-Чего? - я прикидывался простачком-дурачком.

-Дальше.

-Вить, ну ты же сам все знаешь, что они мне сказали, чего спрашиваешь? Ну сказали, ну чего ты волнуешься-то? Я ведь никому не собираюсь это говорить. Ну было у тебя.... Ну с кем не бывает, - более идиотской фразы было придумать нельзя. Но я просто старался, чтобы он понял, что во всем том, что с ним происходило тогда, я ничего предрассудительного не вижу. А даже наоборот - отношусь к этому с большой долей любопытства и интереса. Не знаю - удалось мне это или нет, но Витька заметно помягчел, как-то немного расслабился. Но ответить он мне ничего не успел - в дальнем конце конюшни хлопнула дверь. Быстрым шагом вошла Белка. Вошла и замерла на середине, увидев Витьку.

-Да проходи ты, проходи, чего встала, - хмуро бросил он ей. - Не боись, не трону.

Я подошел к ней и взял протянутый сверток.

-Давай, Белка, иди домой. Тут немного осталось - я сам управлюсь.

-Мне переодеться надо, - пискнула она и указала головой на каптерку.

-Ну так иди.

Она еще раз посмотрела на привалившегося к стене Витьку и прошмыгнула в каптерку. В течение пяти минут никто из нас не проронил ни слова. Я закончил кормежку и взялся за сено. Витька не сводил с меня глаз. Выбежала Белка в белой футболке и джинсах.

-Ну я пошла, - неуверенно спросила она.

-Иди, иди, - махнул рукой я.

-А смену кому поставят? - неожиданно обернулась она.

-Да тебе поставят, не волнуйся. Я утром скажу Никодимычу.

-Ну тогда до свидания, - и она не дожидаясь ответа, вышла из отделения.

Мы остались вдвоем с Витькой. Мне еще предстояло задать лошадям сена и подмести пол. После этого на сегодня я был свободен.

-Чего Витька стоишь? - обратился я к нему. - Иди, там на столе стоит самогон. Пей.

-Может, помочь тебе? - неуверенно спросил он.

-Да ну.... Зачем тебе это надо. Ты же в чистом. Да и рука у тебя.... Иди, я через пятнадцать минут закончу.

И действительно - через некоторое время уборка в конюшне была завершена. Я вошел в каптерку. Около стола на лавке сидел Витька в одних штанах. Его рубашка аккуратно висела на плечиках в шкафу. На столе стояла уже початая бутылка и один стакан. Витька поднял голову и мутно посмотрел на меня.

-Кончил? Давай, присоединяйся!

Интересное дело - двадцать минут назад Витька был, если не совсем протрезвевший, но где-то около этого. А сейчас, гляди ж, выпил всего-то полстакана, а развезло его не на шутку.

-Чего рубашку-то снял? - спросил я, усаживаясь рядом с ним.

-Да жарко мне, блин, - пьяно проговорил он, доставая второй стакан. - Давай и ты снимай!

Ну просить дважды такие вещи меня не надо. Я быстро скинул свою армейскую рубашку, хотя, надо отметить, в каптерке были не тропики - обычная температура. Витька же, не таясь, разглядывая мой торс. Потом, хмыкнув своим каким-то мыслям, налил мне чуть ли не полный стакан мутной жидкости. Поморщившись, я медленно выпил его. Витька смотрел на меня.

-Эх, Погон! - он положил свою руку мне на плечо. - Во житуха пошла.... Нигде мне покоя нет. Даже здесь достали, сволочи. А думал - все! Отмучался я.

-Расскажи, Вить, кто они такие, - попросил я, наконец-то справившись с мучавшими меня спазмами.

-Не-е-е, не буду.... - он помолчал. - Да и зачем тебе знать, кто они такие. Достаточно того, что ты обо мне теперь знаешь. - Он неожиданно сильно сдавил мне плечо. - Что, говоришь, тебе это тоже нравится? А? - и он заглянул мне в глаза.

-Это - это что? - я спокойно выдержал его взгляд.

Он отпустил мое плечо и похлопал меня по спине.

-Ладно, не ссы.... - он усмехнулся и налил себе в стакан. - Ну? - и он мутно посмотрел на меня.

-Я ж тебе уже говорил, Витька. Просто интересно.

-Врешь! У тебя не просто интерес.

Разумеется, в мои планы не входило рассказывать о себе всю правду. Умом я понимал, что надо все обставить так, как будто у меня это в первый раз, и все это - просто из-за элементарного интереса. А коли так, то никаких активных действий первому предпринимать ни в коем разе нельзя. Надо ждать инициативы от Витьки. Хотя от его близости по моему телу опять прокатилась теплая волна возбуждения. Казалось, положи ему сейчас руку на коленку, и все! Можно считать, что дело сделано. Но нет! Этого делать я не хотел. Хотя, желание такое возникло. И желание сильное. Но вместо этого я равнодушно пожал плечами, и медленно подбирая слова, ответил:

-Нет, Вить.... Просто я с такими как ты еще ни разу в жизни не общался. А ты столько уже повидал, столько знаешь. Вот скажи, тебе нравится это?

Витька, уже было поднесший стакан ко рту, поставил его на стол.

-Да как это может понравиться, ты в своем уме?

-А другим нравилось?

-Кому?

-Кому ты это делал.

-А откуда ты знаешь, что конкретно я делал?

-Догадываюсь.

-Вот именно, что догадываешься. Ладно.... - он помолчал. - Щас наверну стаканяку и домой. Под бочок к милашке.

Я немного оторопел. Да какая там к черту милашка. Я точно знал, что никакими милашками у Витьки и не пахло. Но домой.... Не, отпускать его не следовало.

-Ты что? Да ты до первого патруля дойдешь. Что, в трезвяке давно не ночевал?

-А где мне спать, здесь что ли?

-Спи здесь.

-А ты?

Ох ты, черт! Ведь невооруженным глазом видно, что он спецом ситуацию провоцирует. Нет, ну каков!

-Ну и я здесь.

-Не поместимся вдвоем.

-Ой, блин, беда-то какая.... Ну на верховую пойду. Там место есть. Делов-то.

"Ладно, - думал я про себя в тот момент. - Ты играешь, я тоже поиграю. Посмотрим кто кого". Но поиграть мне Витька не дал.

-А хрен с тобой. Оставайся здесь. Бочком поместимся. Правда, Погончик? - и он, придвинувшись ко мне, обнял меня за плечо перебинтованной рукой, а здоровой похлопал по животу, да так и оставил ее там. Я, не двигаясь, смотрел в одну точку.

-Чего молчишь? - и Витька провел рукой по животу. Провел уже не грубо, а нежно поглаживая его.

-Нравится? - он придвинулся вплотную ко мне и почти прошептал это слово на ухо.

"Да! Да! - хотелось крикнуть мне, тем более что всю мое естество буквально вопило об этом, стараясь вырваться из тесного плена. - Еще и как нравиться!", - но я, стиснув зубы, молчал, по-прежнему, глядя в противоположный угол. А Витька как бы ненароком провел по вздыбившимся штанам и тут же одернул руку.

-Ложись, - он прошептал это одними губами и переместил руку ко мне на грудь. Как бы нехотя я поднялся и пересел на широкие полати, которые стояли в углу. Соорудили их специально для ночных конюхов не так уж давно по настоятельной моей просьбе. Витька немедленно пересел рядом.

-Ложись, что сидишь.

Я лег.

-Сапоги-то снимай, дурень, - усмехнувшись, проговорил Витька.

Снял и сапоги. Витек, примостившись рядом, опять провел своей здоровой рукой мне по животу. На сей раз, он нигде подолгу не задерживался, а сразу нырнул под пояс штанов. Я порывисто вздохнул и втянул потуже живот. Витька, быстро справившись с замком, отвернул края брюк, и немного повозившись, извлек моего птенца наружу.

-Хм, - усмехнулся чему-то он. - Ну ладно - ты сам этого хотел. - На этих словах он наклонился и аккуратно взял его в рот.

Вот он - долгожданный миг. Тот самый, который я ждал, который я хотел. Но против моего ожидания, Витька делал это как-то вяло и словно нехотя. Как будто отрабатывал какую повинность. Возбуждение, волной накатившее вначале, стало куда-то уходить. Чтобы хоть немного удержать его, я коснулся Витьки и положил руку ему на бедро. Он никак на это не прореагировал, продолжая свои механические движения. Быстро проникнув ему в штаны, я провел рукой по плавкам. Ну и ничего! Ничего там и не было. Я энергично принялся работать рукой. Бесполезно! А Витька, все так же, не меняя позы, продолжал "трудиться" у меня внизу.

-Ну ты чё? - поднял он на мгновение голову.

-А ты? - вопросом на вопрос ответил ему я.

-На меня не смотри, - ответил он и вдруг неожиданно почти целиком заглотил мое сокровище.

Вот это уже было нечто иное. Темп его изменился. Витька энергичней заработал головой, помогая себе здоровой рукой. Я убрал свою руку от Витьки, и максимально откинувшись на полатях, закрыл глаза.....

Оргазм приходил как-то тяжело - то накатывая волной, то медленно отступая. А Витька - тот продолжал "работать", то замедляя, а то сильно убыстряясь. Вот в какой-то момент прибой снова накатил большим валом. Я застонал и прогнулся в пояснице. Витька момент этот просек сразу же и просунув руку под меня со всей, какая у него была сила, прижал меня к себе и остановился. А я уже с протяжным выдохом разряжался в него. Странно. Он не делал никаких попыток отстраниться, а наоборот - словно старался втянуть меня всего в себя.

Я с шумом выдохнул воздух. Витька поднял свою голову. На его лбу блестели крупные капли пота, лицо раскраснелось. Наверное с полминуты он пристально разглядывал меня, шумно дыша. Я сквозь полуприкрытые ресницы смотрел на него.

-Ну? - неожиданно грубо спросил он.

Я открыл глаза и с улыбкой посмотрел на него.

-Чего, Витенька?

-Какой я тебе Витенька, мудило?

Я приподнявшись, оперся на локти. Заныло ушибленное плечо. Против воли я поморщился.

-А кто ты? - я опять улыбнулся.

Он встал с полатей, застегнул себе джинсы и набулькал в стакан самогона. Повернувшись ко мне спиной и задрав голову, большими глотками выпил его. Пока он его пил, поднялся и я и по быстрому застегнувшись, сел на край полатей. Выпив содержимое, Витька закусил большим ломтем хлеба и только после этого повернулся ко мне.

-Пить-то будешь?

Я отрицательно покачал головой.

-А что тогда оделся? Ложись, спать будем.

-А что? Раздеваться надо? - я с усмешкой смотрел на него. Вообще-то на этих полатях мы спали всегда одетыми, так как, разумеется, постельного белья здесь не водилось. Но я усмехнулся по другому поводу: уж больно потешно вел себя Витька. Чего-то хорохорился, старался выглядеть грубым, серьезным. Но выходило у него это довольно-таки натянуто, что немного веселило меня.

-Ну как хочешь, - ответил он. - А я разденусь.

На этих словах он легко расстегнул джинсы и выскользнул из них, оставшись в синих плавках.

-Ну чего сидишь-то? - грубо спросил он. - Двигайся давай.

-Ложись к стенке, - я пододвинулся, пропуская его. Сам же поднявшись, выключил свет и улегся рядом. Как только лег, сразу же натолкнулся на Витькин оттопыренный зад. Усмехнулся про себя - как-то больше к Витьке меня не тянуло. А то, что он остался неудовлетворенный, мне было все равно. Я лег на спину, закинув руки за голову. Витька молчал. Я же размышлял о том, как сегодня все неожиданно получилось. Вообщем-то нет. Не совсем это было и неожиданно. Анализируя свое поведение, я понял тогда, что Витьку мне хотелось. Хотелось всегда. И когда я в прошлый раз давал своему Димке обещание, что к Витьке лезть не буду, уже тогда я кривил душой. Уже тогда я знал, что если представиться удобный случай, Витьку я обязательно разведу. Ну вот и развел. И ничего, кроме пустого удовлетворения, я не испытывал. Нет, я боялся того, что Витька попросит меня сделать ему то же самое. Боялся, потому что делать этого не собирался. Не хотел попадать в зависимость от него. И правильно. Ведь с Витькой я был знаком довольно-таки недавно, и что он за человек, совершенно не знал. А вдруг он передумает увольняться и потом начнет тянуть жилы из меня. Нет! Этого не будет. И вот что странно. Витька даже ни единым словом не обмолвился, чтобы это сделал ему я. А даже наоборот: повернулся ко мне задом и ждет. Ой ли ждет? Хм, странно, а я ведь никакого чувства к нему сейчас не испытываю. И не хочу я его. И не нужен он мне.

(Это сейчас, описывая эти события, спустя без малого девять лет, я понял, откуда зародилось это мое сегодняшнее отношение к натуралам. Отношение победителя к побежденным. Вот оттуда и зародилось. И это чувство - что я, вообщем-то гей чистой воды, сумел раскрутить натурала, чистого натурала, на пассив - это чувство и поныне греет душу. Вот такой я подлец! А по-иному нельзя! Тут как на войне - либо ты, либо тебя. Третьего не дано. Нет, вообще-то дано, но это уже скорее исключение, подтверждающее правило, и бывает это довольно редко. Вот и Димка, мой давний приятель Димка, человек, всю свою сознательную жизнь, щелкавший натуралов, как орешки, попал под это исключение. И живет он сейчас со своим Сашкой в первопрестольной. И счастливы они безмерно. И рад я за них.... Да что я об этом говорю - в рассказе "Саша + Дима" - это о нем. Ладно. :) Это простое лирическое отступление. Зацепило меня что-то....).

А та ночь закончилась совершенно закономерно. Так, наверное, как вы и думаете! Только случилось это уже под утро, когда Витька действительно спал, а мне уже пришлось вставать и кормить лошадей. Впрочем, встал не только я.... Хотя, описывать это не интересно. Все это произошло настолько буднично и как-то машинально, что особых следов в моей памяти не оставило. Запомнилось лишь то, что вошел я в Витьку совершенно без усилий и стонов с его стороны. Да и он совершенно не упирался, а ждал этого. Еще с вечера. Наверняка!

Как я и думал, Витька не уволился. А ближе к зиме уволился я. Но продолжал по-прежнему дружить с Димкой. От него я и узнал, что Витьку эти бритоголовые продолжали доить. Витька исправно платил им дань. С ипподрома продолжало пропадать сено и овес. Потом он взялся за новую сбрую. И утащил у Никодимыча подарочный экземпляр. Тогда-то его и поймали. Следствие и суд были не долгими. Никого Витька не выдал и никого не сдал. Думаете, из благородства? Из-за элементарной трусости! Видимо, хотел облегчить себе предстоящую участь. Не думаю, что он ее облегчил....

Воды с тех пор много утекло. Витька наверняка вышел. Я иногда продолжаю приходить на ипподром. Никого из "старых" там не осталось. Витька не приходил не разу. Да я и не думаю, что кто-нибудь был бы его рад видеть.

Да и теперь про Витькино прошлое знает любая ипподромская собака. Откуда? А хрен его знает!

Категория: Витька | Просмотров: 414 | Добавил: dmkirsanof | Теги: Витька | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar