Понедельник, 18.06.2018, 20:22
Приветствую Вас Гость | RSS
Вход на сайт
Друзья сайта
ГЕЙ ФОРУМ GAY LIFE

SEX GAY LIFE

LIVE GAY LIFE

SLOGAN GAY LIFE

LOVE GAY LIFE

STORY GAY LIFE

NEWS GAY LIFE
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Гей рассказы Погонщика

Гей истории, рассказы Погонщика

Главная » 2016 » Сентябрь » 25 » Саша + Дима (часть 2)
10:12
Саша + Дима (часть 2)

Неожиданно для себя Сашка ответил:

-Да нисколько.

Ответил и тут же обругал себя за излишнюю благотворительность. Парень же удивленно посмотрел на него, и какое-то понимания на мгновение мелькнуло в его темных глазах. Он взялся за ручку и приоткрыл дверь. Что-то вроде какого-то щемящего чувства появилось у Сашки. Чего-то такого неосознанного, что как будто от тебя сейчас уйдет что-то очень важное и
(желанное)
обязательное. Но сказать парню: “Стой, подожди”, - было выше Санькиных сил, и он лишь смотрел, как парень выходит. Смотрел, не в силах помешать. Неожиданно пацан обернулся к нему и, как показалось Сашке, как в омут с головой, “бухнул”:

-А, может, пивка попьем?

Этот робкий вопрос прозвучал так созвучно Сашкиным мыслям, что он в первый момент даже растерялся. А парень, приняв его растерянность, за нерешительность, торопливо добавил:

-Ты не думай, я без всякого смысла.

“Да хоть без смысла, хоть со смыслом”, - можно сказать, что обрадовано, подумал Сашка, опустив глаза вниз. “Это надо же, как бывает. Как будто мои мысли прочитал. Эх, где наша не пропадала.. С голубым я еще никогда пива не пил. Хотя, причем здесь это…”, - думал Сашка, поднимая глаза на парня и весело улыбаясь.

Без особых хлопот они поставили машину на стоянку, попутно познакомившись. Парня звали Димой, и пока они ехали до стоянки, тот сиял, как начищенный самовар. Было легко на душе и у Саньки. Как будто сейчас рядом с ним не было этого злосчастного груза проблем, как будто не было вечно ворчащей жены и черной неизвестности впереди. Болтая о каких-то мелочах (вернее, болтал Димка, а Саня только слушал, и ловил себя на мысли, что эта болтовня ему интересна), они дошли до ларьков, купили 10 бутылок “Балтики” и отойдя недалеко устроились на пустынной в этот час остановке.

-А что, вот скажи, Дим, тебя женщины совсем не интересуют, что ли? – задал Санька не дававший покоя вопрос, когда они откупорили по первой бутылке.

Димка рассмеялся, весело, от души.

-Ты б только знал, сколько человек задавало мне этот вопрос. Что ж, скажу. – Он вмиг стал серьезным и опять как-то задумчиво посмотрел в сторону. – Не сказать, что не интересуют вообще. Даже больше – мой первый опыт был именно с женщиной. И это было…ну мягко говоря, не совсем удачно, что ли…Одним словом, мне это не понравилось и желания продолжать эти контакты больше никогда не возникало. Сейчас – я вполне нормальный пацан, внешне, я имею. С любой бабой найду общий язык, могу даже позаигрывать, ущипнуть ее за задницу, и все такое. Но это – чисто внешне. В душе же они мне глубоко безразличны, но положение обязывает. Обязывает быть таким, как все. Как ты, вот. И я стараюсь. В основном, получается.

Димка замолчал, и вдруг быстро повернув голову, посмотрел в глаза Саньке:

-Ну а ты? Неужели никогда не задумывался о своем поле? Нет, не так… Неужели вот ты, допустим, идя по улице не обращал внимание на парней? Не на всех, конечно, а на симпатичных, с хорошей фигурою, одним словом, на тех, кто… Как бы это сказать… Ну ты понял. А?

Сашка открыл было рот, чтобы сказать яростное и решительное “нет”, но вдруг призадумался. А ведь и правда, спортивного вида парни, не сказать что б всегда, но иногда привлекали его своей статной фигурою, пропорциональным телом и совершенством форм. И даже когда он занимался плаванием, всегда с каким-то тайным восхищением смотрел на опытных спортсменов, на их широкие плечи, мощную грудь и стройные ноги. Нет, сексуальностью здесь и не пахло. Просто Санька втайне им завидовал, мечтая стать когда-нибудь таким же. Но, как часто бывает, между мечтой и ее реальным воплощением – целая пропасть. А тут женитьба, работа, круговерть дел, порой ненужных и бесполезных – и мечта, стать могучим и красивым постепенно отдалилась до такой степени, что Санька об этом уже и не думал.

Обо всем этом он, волнуясь и запинаясь, как первоклашка у доски, рассказал Димке. Тот слушал молча, глядя на него не отрываясь с какой-то, как показалось Сашке, жалостью и
(желанием)
сочувствием. Потом, помолчав, вздохнул:

-Вот и у меня также. Только я пошел дальше и в один прекрасный момент признался сам себе, кто я такой и что мне нравится, а главное, хочется в этой жизни. Признался и не стал больше в себе давить свою природу, а просто отдался этому чувству, наплевав на многие ценные, как казалось, принципы и нормы.

Оба помолчали, думая каждый о своем. Молчание первым прервал Сашка:

-А как же люди, окружающие тебя? Родители? Друзья? Как они к этому отнеслись и как сейчас к тебе относятся?

-А никто из моего окружения обо мне ничего и не знает, - безмятежно отозвался Димка. – Я это довольно умело скрываю и живу двойной жизнью.

-Не устал притворяться-то?

-Устал, а что поделаешь? Признаться – это значит одним ударом обрубить все концы. В сущности, я больше потеряю, чем приобрету этим моим признанием. Нет, пока еще не время. – Димка помолчал. – Пока…

-Да, я, вот, никогда с живым голубым не разговаривал. Мне все они казались какими-то… как бы это сказать… не от мира сего. Непонятными, что ли. А вот с тобой сижу, говорю, и как будто и не голубой ты вовсе. Нормальный пацан. Да-а-а, никогда не подумаешь.

Санька говорил это и как-то удивленно смотрел на Димку. Тот опять рассмеялся своим удивительно мягким смехом:

-Знаешь, что такое мимикрия? – неожиданно спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Это, брат, с годами приходит.

Сашке было непонятны эти Димкины слова, но переспрашивать он постеснялся. И вообще он сидел рядом с Димкой, разговаривал с ним и чувствовал его превосходство над собой. Нет, превосходство не явное, да и Димка, молодец, не выпячивался. Просто Димка попробовал в этой, еще только в сущности начавшейся жизни, уже многое, а он, Санька, как говорится, слаще морковки… Странно, ощущая это Димкино превосходство, Санька ничуть от этого не комплексовал. Было даже наоборот, приятно. Легко и приятно от этого странного, на первый взгляд, общения двух разных, совершенно
(одинаковых)
разных людей на этой пустынной лавочке городской остановки.

***

А ведь он, поди, переживает. Думает, отчего не позвонил еще позавчера, почему молчу. Хотя, не должно. Парень он не глупый и при нашей последней встрече я вроде дал ему понять… Разговаривал с ним сквозь зубы и все такое. А странно… Странно то, что так разговаривать меня довольно сильно напрягало. Просто решил, что пора. Что хватит. И дальше действовал по проторенной схеме. А ведь, если разобраться, расставаться с ним мне и не совсем хотелось. Но этот долбанутый принцип – с натуралами долго нельзя подстегивал меня. Да и что я вообще голову о нем грею? Что прицепился? У меня есть Олег – парнишка неплохой и покладистый, что мне еще надо? Чего привередничаю? И что, в конце концов, я в Сашке нашел? Что?

Димка уже давно купил пива и сам, не замечая того, шел в противоположную от дома сторону. Шел по направлению к остановке, той самой, где они сидели с Санькой. Где они просидели всю ночь, не заметив того, до самого утра.

***

Когда Санька спросил о женщинах, Димка внутренне передернулся и в душе возник непонятный осадок. Действительно, этот вопрос до Саньки ему задавали миллион раз, и отвечать на него – это уже набило оскомину. Причем, задавали все – и геи, и, естественно, натуралы. И вот теперь и Санька. Димка было хотел ему ответить что-нибудь в том, мол, роде, что как вы все мне надоели со своим одинаковым, как под копирку, любопытством, но вовремя сдержался. Действительно, Сашке это было интересно, и спрашивал он не вежливости ради. У него в глазах была искренняя заинтересованность – Димка уже давно научился это видеть в людях. Поэтому он, вздохнув, ответил как есть. И тут же, не удержавшись, задал Сашке подобный вопрос. И что сильно удивило Димку, Саня не стал яростно все отрицать, а немного помявшись рассказал ему о том, что в юности, занимаясь в бассейне, он и правда заглядывался на красивых, фигуристых пловцов. Но тут же поспешил добавить, что смотрел на них безо всякой там сексуальной фантазии. Димка ухмыльнулся про себя – ага, мол, с этого всегда все и начинается, но вслух ничего не сказал, а лишь медленно покачал головой и грустно улыбнулся.

Так они сидели и разговаривали – разговаривали о самых разных вещах. Причем, в основном, говорил Димка, Саня только спрашивал. Его интересовало буквально все – с кем Димка живет, кем работает, где учится. Димка, понимая это любопытство, по мере сил старался его удовлетворить, ничего, впрочем, конкретного не говоря – такое уж у него было правило. А Саня, забыв про пиво, которое стояло рядом с ним, все спрашивал и спрашивал.

Разговор прервался как-то неожиданно. Оба замолчали. Димка сидел и ни о чем не думал – ему было просто хорошо и уютно с этим парнем. О чем же думал Сашка, понять было невозможно – он задумчиво глядел на дорогу и играл желваками на бледном лице. Неожиданно он, словно приняв какое-то решение, встрепенулся, взял бутылку пива и разом, не отрываясь, выпил ее. Димка с удивлением и ожиданием смотрел на него. Сашка поставил пустую бутылку на землю, вытер губы тыльной стороной ладони и только после этого повернулся к Димке.

-Вот ты тогда в машине у меня спрашивал о моих проблемах. А ведь они у меня действительно есть. Да еще и какие. С такими проблемами впору в петлю лезть.

И Сашку прорвало. Он не таясь, взахлеб, проглатывая слова и сбиваясь с мысли, стал рассказывать Димке о себе, о своей такой беспросветной жизни. О жене, которая не понимает, да и не хочет понимать его. О дочке, постоянно болеющей и оттого всегда хмурой и замкнутой. Наконец, об этой извечной проблеме – отсутствии денег, причем, отсутствии хроническом, перерастающим в систему. И даже о том, что они с женой уже не спят вдвоем который месяц, Сашка тоже рассказал. Димка слушал его со все возрастающей болью и, безусловно, сочувствием. Не сказать, что все то, что говорил ему Саня, было близко и понятно, все-таки Димка был гей, геем себя ощущал и уж заводить ребенка, а тем более жену, он не собирался. Деньги у него всегда водились, а с сексом проблем никогда не возникало. И, тем не менее, Сашкин рассказ, да не рассказ вовсе, а крик души, произвел на него впечатление. Захотелось
(обнять)
сказать что-то подходящее для такого случая, что-нибудь простое, искреннее и утешающее, но слов, как назло не находилось. А Сашку всего трясло. То ли от выпитого пива, то ли от прохладной погоды, а, скорее всего, от только что рассказанного. Димка торопливо снял с себя джинсовую куртку и накинул на плечи Сани.

-Смотри, тебя всего колотит, на вот, согрейся, - сказал он.

Сашка ничего не сказал, но и куртку не сбросил, только поежился и еще глубже втянул голову в плечи. А Димка же, накинув курточку, рук своих так и не убрал и сидел, слегка приобнявши Саню. Это у него получилось настолько просто и естественно, что ни Сашка, ни сам Димка не обратили на это никакого внимания. Сашка, выговорившись, опять замолчал, а Димка понимал, что говорить ему ничего не следует, это только разорвет такую тонкую нить. Нить, которая, он понимал, только что протянулась между ними. Неожиданно Саня пошевелился и положил свою голову на Димкино плечо. Нет, скорее, не положил, а просто прислонился к Димке. Димка вздрогнул – настолько это было неожиданно для него. А потом он сам переместил свою руку и легонько потеребил Сашкины волосы. Саня как-то по-детски шмыгнул носом и прикрыл глаза. Так они и сидели. Двое человек, совершенно не похожих друг на друга. Двое, в размытых утренних сумерках, не обращая внимание ни на первые сонные машины, проползающие по дороге, ни на время, неумолимо шедшее вперед.

 

Молчание первым нарушил Димка.

-Саша, пора мне домой. Сегодня еще уйма дел.

Он понимал, что говорит что-то не то, не так и чертыхнувшись про себя, убрал руку. Санька, словно очнувшись ото сна, вздрогнул, открыл глаза и неожиданно бодрым голосом сказал:

-Ну пора, так пора, - легонько поднялся и с хрустом потянулся, - пошли, я тебя до дома провожу.

-Нет, Саш, давай лучше я тебя, тем более ты тут неподалеку живешь. – Димка улыбнулся. Улыбнулся лишь одними губами, глаза же оставались настороженными. Он ждал, что же скажет Сашка. Встретятся ли они еще когда-нибудь, или на этом все. Димке казалось, что продолжения не будет, и он поймал себя на мысли, что ему очень хочется этого продолжения. Хочется еще раз так посидеть, приобняв Сашку и положив свою руку на его вихрастую голову. Хочется просто пообщаться с ним. Пусть, ни о чем, пусть о мелочах, но лишь бы…

-Пошли, - Сашка пожал плечами и протянул Димке его куртку.

Идти было недалеко. Шли молча, каждый думая
(об одном и том же)
о своем. У дверей подъезда Сашка остановился и протянул свою руку Димке.

-Ну вот и пришли. Давай прощаться. – Неуверенно помолчал. – Или до свиданькатся?

У Димки возликовала душа. Но словно бесенок какой сидел у него внутри. И вместо того, чтобы с радостью согласиться, он настороженно посмотрел на Сашку и спросил:

-А ты этого хочешь?

Спросил, и тут же обругал себя последними словами. “Идиот, тупица. Нет бы, чтоб возликовать и обрадоваться, так строишь тут из себя целку какую-то”. А Сашка меж тем просто и бесхитростно ответил:

-Хочу. – Потом, немного помолчав, добавил торопливо. – Только, Дим, ты не думай, я не в этом плане хочу. Это меня не интересует. Просто с хорошим человеком приятно общаться. С тобой.

Смутившись окончательно, Сашка покраснел, опустил глаза, и совсем как провинившийся ребенок стал ковырять землю концом кроссовка. Димка же, наоборот, расцвел. Легонько турнув Сашку в плечо, он весело и громко рассмеялся.

-Так это же здорово. В чем же проблемы? Давай завтра и увидимся. После обеда, ближе к вечеру.

Они быстро договорились о встрече. Каждый из них еще не задумывался – что будут завтра делать на этой встрече – им обоим было легко, как будто с души свалился какой-то груз, что-то недоговоренное и недосказанное в миг улетучилось и растворилось, как утренний туман под лучами солнца…

***

Как мне тогда было хорошо, как легко. Оттого, что сижу рядом с ним, слушаю его, смотрю на него. И даже тогда, когда он приласкал меня
(да-да, приласкал, надо называть вещи своими именами)
стало тепло на душе и уютно внутри. Интересно, а делал он это специально, или так, случайно? Эй, да какая разница. Главное то, что я впервые в жизни тогда сидел рядом с голубым, он обнимал меня, а меня это ничуть не тяготило. А его? А его я так и не научился понимать. Когда он говорит правду, когда просто прикалывается. Вот поэтому так и мучаюсь сейчас. Поэтому и гадаю, как на ромашке – позвонит, не позвонит. Тьфу! Слюнтяй! Ну что мне с него? Ведь бесконечно долго мы встречаться бы с ним не могли. Когда-то и кому-то одному пришлось бы это произнести. И расстаться. Ну не знал я, что это первым сделает он. Но как сделает. Просто, молча и даже как-то изящно. Не пришел, не позвонил. Все! А мне тогда казалось, что первым устану от этого я. Ведь у меня жена, ребенок и все такое.
(вот именно, все такое)
Сашка уже ехал далеко от дома. Ехал, не обращая внимание ни на встречное движение, ни на малолюдные улицы. Ехал и сам не зная куда. Просто повинуясь какому-то чувству, он гнал машину по темным безлюдным улицам. А голова была занята только одним. Им…

Куда это я заехал, черт возьми. Ого! Да и время уже…Пора бы домой. Спать. Чтоб рано утром меня разбудил его звонок. Да, разбудит, и тогда все эти мои ночные переживания и сомнения сразу рассеются, и все останется как прежде. Надолго ли? А, плевать. Итак, домой!

Сашка плавно развернул машину и тронулся в обратный путь. На душе у него чуточку просветлело.

Интересно, а я ведь заехал, сам того не ведая, к тому самому лесу, где у нас с ним все и произошло. Тогда. А я ведь этого
(хотел)
не знал, и даже говорил ему об этом. А он смотрел на меня, как-то набычившись, и согласился со мной встретится, как казалось, с неохотой. В ту ночь, около моего подъезда. А здесь, в этом лесу, все и было. Можно сказать, что неожиданно для меня. Но зато, как…

***

На следующий день, начиная с утра. Сашка не находил себе места. Внешне он этого не показывал, делал все домашние дела неторопливо и по мужскому солидно. Однако, постоянно украдкой посматривал на часы, словно торопя заветное время. В этот день все шло как обычно. Он даже умудрился сходить с женой в магазин, чего терпеть не мог, и покатал дочку на машине. И был он в этот день таким покладистым и предупредительным, что даже вечно недовольная жена обратила на это внимание. За час до намеченной встречи Сашка уже начал собираться.

-Поеду покалымлю. – Как можно равнодушнее сказал он. – Вернусь очень поздно.

-Что-то я смотрю, ты сегодня все на часы посматриваешь. Что, любовницу себе завел? Катать поедешь? – спросила хмурясь жена.

-Дура, – беззлобно ответил Санька, и легонько прикоснувшись губами к ее щеке, быстро выбежал на улицу. Как и следовало ожидать, подъехал он к остановке, на которой они с Димкой договорились встретиться, на полчаса раньше. Аккуратно припарковав машину возле обочины и еще раз посмотрев на часы, Санька закрыл двери и пошел в магазин. Там он купил на последние деньги себе сока, а Димке пива, еще какую-то нехитрую снедь и потолкавшись немного возле прилавков, пошел обратно. В машине он, бросив пакет на заднее сиденье, уставился на тротуар, откуда по его разумению и должен был появиться Димка. Тот подошел совсем с другой стороны и легонько постучал в окошко.

-Уф-ф-ф, совсем запарился я сегодня, - сказал он весело пыхтя и отдуваясь, когда Сашка торопливо открыл ему дверь.

В руках у Димки была огромная спортивная сумка и, судя по тому, как он ее нес, тяжелая. Кое-как втиснув ее назад, Димка облегченно вздохнул и плюхнулся на сиденье рядом с Санькой.

-Ну что, товарищ водитель, вперед! – улыбнувшись, Димка посмотрел на Сашку.

-А что у тебя сумка такая громадная? – спросил Санька, заводя машину.

-А-а, с тренировки я сегодня. На неделе соревнования, вот взял форму с собой, чтоб постирать дома, - сказал Димка, и тут же, без перерыва спросил. – Ты знаешь куда мы с тобой сегодня едем? Не знаешь. А едем мы в Каменский бор, чтобы устроить там пикничок на свежем воздухе. Как тебе?

Санька, до этого не задумывавшийся о том, чем они будут сегодня с Димкой заниматься, и, вообще, где будут проводить время, немало не удивился Димкиному предложению и, не отрывая глаз от дороги, сказал ему:

-Ну что ж, в бор, так в бор. Дорога туда только плохая. Машину бы не угробить.

Потом, спохватившись, он повернулся к Димке и спросил:

-Подожди, если пикничок, то, значит, алкоголь. А если алкоголь, то тогда как я обратно поеду?

-А там стояночка рядом имеется, - хитро пропел Димка. – Я уже все сегодня продумал.

-А-а-а, ну ежели так… - протянул Сашка, то тогда – полный вперед!

-Так, опять нестыковка. Что толку в этой стоянке, если время уже седьмой час. Ты что, думаешь, все до вечера выветрится? – опять вскинулся Санька.

-Нет конечно. – Спокойно отвечал ему Димка. – Мы просто заночуем там, под открытым небом. Луна, звезды, красота… - мечтательно вздохнул он.

-Красота-то красотой, но ведь я предупредил, что сегодня домой вернусь. Поздно, но вернусь. – В Сашкином голосе послышались нотки сомнения.

Димка же был безмятежен. На все вопросы у него находился ответ – простой и ясный. Вот и сейчас:

-А ты позвони домой, скажи, что сломался и машина, в сервисе стоит. До утра обещают сделать.

Санька с сомнением покачал головой. Не сказать, что предложение пикничка на воздухе его не радовало. Скорее, наоборот. Но вот то, что он домой не попадет – это вызывало у него легкую тревогу. Да и отмазка была так себе. “А будет, что будет, плевать!”, - неожиданно легко решил он и поддал газу. Вслух же сказал:

-Я конечно, дотошный человек, но вот одного не пойму – зачем же тогда машину на стоянку ставить, если мы с ночевой?

Димка на секунду замер, а потом уже привычным движением сдвинул кепку на затылок и весело рассмеялся.

-Ой, и правда. Чей-то я об этом не подумал. Вот тормоз!

Сашка улыбнулся в ответ.

-Там на заднем сиденье пиво лежит. Тебе купил. Пей, товарищ тормоз.

-Ой, как здорово. Спасибочки, хороший мой! – притворно дурачась выпалил Димка и уже через минуту весело булькал, улыбаясь и ехидно посматривая на Сашку.

Тот специально хмурился и старался не глядеть в Димкину сторону. Машина остановилась на светофоре. Сашка повернулся к Димке и спросил:

-Да, а чем ты занимаешься? Каким спортом? Я тебя еще вначале спросить хотел.

-Ерунда, так, баловство одно, - беспечно ответил Димка и изящным жестом выкинул пустую бутылку в окно, не мало не заботясь о том, куда она улетела. – Конным спортом.

-Ого! – уважительно протянул Сашка. А что за соревнования? Меня возьмешь на них?

-Квалификация. Буду на мастера сдавать. А тебя не возьму, - также беспечно ответил Димка, открывая вторую бутылку.

Санька насупился.

-Чего так?

-Да ты не грузись, - Димка легонько хлопнул Сашку по плечу. – Просто если я беру с собой на выступление родственников, друзей или знакомых, то обязательно проигрываю. Проверено. Так что не обессудь.

-Да ладно, я и не гружусь.

За разговорами они подъехали к въезду в бор. Димка поудобнее уселся в кресло, выкинул в окошко очередную бутылку и серьезно сказал:

-Так. Теперь езжай по моим указаниям. Я у тебя штурманом буду. А то так недолго и заблудится.

И вот после двадцати минут плутаний на машине по лесу, сначала по дороге, потом по колее, а потом и вовсе по чуть примятой траве, они неожиданно для Сашки въехали на живописную полянку, обсаженную по краям симпатичными молоденькими березками.

-Ну вот и приехали. – С видимым облегчением сказал Димка. – Тормози, шеф!

Санька вышел из машины и прошелся по полянке, разминая затекшие ноги. Место и в самом деле было замечательное. Изумрудная трава, свежий лесной воздух, невдалеке шумела речка. Полянка была надежно скрыта от людских глаз деревьями, и Сашка удивился, как это Димка так легко нашел дорогу. “Наверное, не в первый раз сюда приезжает”, - кольнуло его, но он поспешил отогнать это и вернулся к Димке. Тот уже вовсю хозяйничал, накрывая на импровизированный стол.

-Ну вот и все. Прошу. – И он широким жестом обвел место предстоящей трапезы. Санька присел на землю, а Димка уже открыв бутылку вина, наполнял пластиковые стаканчики.

-Держи. – Он протянул стакан Саньке. – Ну что, полагается тост сказать. Давай выпьем за нас – это традиционно – за то, что мы так неожиданно познакомились с тобой. За то, что очутились здесь. За то, в конце концов, что нам обоим это нравится. Так?

Вместо ответа Сашка поднял свой стаканчик и чокнувшись с Димкой, не торопясь выпил его до дна. Вино было вкусное. А долгая езда в машине и свежий воздух сделали свое дело. Сашка почувствовал, что проголодался, как зверь и с вожделением накинулся на еду. Не отставал и Димка. Полчаса прошли в сосредоточенном молчании. Ну вот, Сашка насытился и с наслаждением растянулся на траве.

-Не спать, не спать. У меня созрел новый тост! – весело проговорил Димка, протягивая очередной стакан. – Давай выпьем за единство противоположностей. Помнишь такое из школы? Вот сидим мы здесь с тобой вдвоем. Ты – натурал. Я – гей. А видишь, и не напрягает нас это не капельки. Ну, меня-то я знаю, почему. – Он ухмыльнулся. – А вот ты… Ты – это дело совсем другое, и для меня не совсем понятное. Одним словом – за тебя! – неожиданно закончил он и одним глотком выпил вино.

Сашка, чуть помедлив, выпил тоже. Вино приятным теплом разливалось по телу. Было не просто хорошо, было замечательно. Замечательно оттого, что
(рядом Димка)
он сидит здесь, на природе, вдали от городского шума и городских проблем, забыв о них. Он посмотрел на Димку. Тот полулежал напротив его и спокойно смотрел прямо в глаза. Взгляд его был чуть отстраненным, немного даже мечтательным. Сашка улыбнулся, скорее себе, чем ему и сказал, с трудом подбирая слова:

-Я как? А я и сам не знаю… Что привело меня к тебе, зачем я здесь. Нет, наверное знаю, просто сказать об этом не могу. Слов не хватает… - и он опять виновато улыбнулся.

-А и не надо. И так понятно. По твоим глазам и понятно, - сказал Димка серьезно. – Нет, не то, что ты сейчас подумал, совсем не то. Ведь у меня, так же как и у тебя, слов не хватит все это выразить… А, может, и стесняюсь. – Он помолчал и неожиданно весело закончил. – И вообще, давай не будем об этом. Ладно?

Сашка согласно кивнул головой, и дальше они говорили о самых разных вещах. В основном, Димка спрашивал, а Саня отвечал. Димка интересовался Сашкиной жизнью, его взглядами на самые разные вещи. Тот искренне отвечал, в душе отмечая, что ничуть не тяготится общением с этим странным парнем, называющим себя геем.

А время близилось к закату. От реки уже ощутимо потянуло холодом. Сашка – а был он, как и прошлый раз, в одной только футболке – стал замерзать. Димка, заметив это, с усмешкой сказал:

-Чего, опять мерзнешь? Эх ты, мерзляк ты мой. Ну ладно, сейчас согрею.

-Как? – было вскинулся Санька, но потом, успокоившись, подумал: “А какая мне, в сущности, разница. Как бы он не грел, мне все равно
(приятно будет)
-Как, как… Не бойся, не так… - он рассмеялся и легко поднявшись, подошел к Сашке, накинул на него опять свою курточку и совершенно естественно сел рядом с ним, приобнявши за плечи. Странно. Санька не ощущал от этого никакого дискомфорта, хотя, как он думал, должен был. Наоборот. От близости этого парня ему было хорошо и приятное тепло волной разливалось по телу. Димка словно понял его и через минуту положил свою голову Саньке на грудь, подложив руку ему под голову. Санька не обращал на это внимание.

Какое там, к черту не обращал. Ты этого хотел. Хотел даже не этого, а хотел именно его. Но даже сейчас ты не можешь сам себе в этом сознаться.

-Как у тебя сердце бьется быстро тук-тук-тук, - сказал Димка ласково.

Сашка опять промолчал, а Димка меж тем положил свою голову на землю рядом с Санькиной и нежно, и в тоже время настойчиво провел рукой по Санькиным волосам. Сашка отвернул свою голову в противоположную сторону, словно хотя вырваться из этих крепких
(сладких)
цепей. А Димка вдруг неожиданно рассмеялся, и взяв в рот травинку, мягко пощекотал Сашке за ухом. Саня не реагировал. Он хотел сбросить с себя это наваждение, хотел, но словно что-то крепкое сковало его руки-ноги. Он не мог пошевелиться. Не мог, да и наверное, не хотел этого. А горячая обжигающая волна начала подниматься откуда-то снизу, постепенно охватывая все его тело.

-Мур-мур-мур, я здесь, – ласково прошептал Димка и коснулся губами его уха.

Санька сделал последнюю отчаянную попытку уйти, отстраниться от Димки, но та самая горячая волна неумолимо поднималась все выше и выше. Дыхание останавливалось, и Санька отчетливо ощущал в наступившей тишине, как гулко бьется его сердце. Нет, совладать с собой он не мог, хотя краешек сознания, тот, что отвечает за разумные взвешенные поступки, еще противился происходящему. Но Сашка, сам не отдавая себе отчета, повернулся к Димке и с крепко его обняв, лихорадочно начал осыпать поцелуями разгоряченное лицо. Голова его затуманилась, трезвое холодное сознание ушло куда-то глубоко-глубоко. Существовал лишь Димка, его горячие губы, полузакрытые глаза, мягкие шелковистые волосы, его крепкие руки, которые гладили и ласкали Саньку. Только это, только ОН. Он, с таким жаром обнимающий Саньку, он, шепчущий ему что-то ласковое-ласковое, в конце концов, ОН – желанный и любимый. Сашка проваливался. Проваливался в какую-то бездну, которая неумолимо затягивала его. И он отдался ей. Без борьбы. Без сопротивления. Без сожаления…

Пришел в себя Санька не скоро. Приподнявшись на локте, осмотрел полянку. Было почти темно. Деревья, накануне казавшиеся веселыми, мрачно обступили опушку и шелестели, будто разговаривали, как показалось Саньке, осуждающе глядя на него глазами-листьями. Одежда, его и Димкина бесформенными кучами валялась неподалеку. Сам Димка сидел рядышком, грызя травинку, и задумчиво глядел вверх, на ясное звездное небо. Но, увидев движение Саньки, он опустил голову и ласково улыбнулся:

-Ты как?

Вместо ответа Санька поднялся и сердясь на себя, за что, он еще не знал, стал торопливо натягивать на себя одежду. Димка следил за ним внимательно и серьезно.

-Саш, сядь сюда, я тебе кое-что скажу, - проговорил Димка без тени улыбки, когда Сашка закончил одеваться. Тот покорно, но с какой-то неохотой опустился рядом с Димкой на корточки. Слушать ничего не хотелось. На душе было как-то мерзостно и неприятно. Хотелось поскорее уехать из этого, ставшего мрачным леса. Домой, к жене, к дочке. И забыть все произошедшее, как кошмарный сон. Димка без труда угадал это его состояние – у Сашки все его эмоции отражались на лице, как в зеркале – да и знакомо было ему это состояние. Поэтому он начал не сразу, а выплюнув травинку, медленно, тщательно подбирая слова, заговорил:

-Вот ты, наверное, Саша, сейчас клянешь себя последними словами, мол, как это я так опустился, как докатился. А между тем, это не так. Ты просто не думаешь о человеке, которому ты доставил радость. Радость искреннюю, большую, и не только своим общением… У меня, понимаешь, никогда и ни с кем такого не было. Ты сумел сделать так, что я тебя полюбил. Да-да, не смотри на меня так. Полюбил, не как любовника, полюбил, как друга. Верного, надежного. И это за каких-то два дня… Вот так. А то, что ты себя казнишь так… Не надо. Правда. Ты не переступил никаких границ, просто ты это сделал по велению своего сердца. А оно, поверь мне, худого никогда не подскажет…

Сашка слушал его и одновременно и понимал и не понимал. Но действительно, то ли благодаря Димкиным словам, а то ли из-за его голоса – такого спокойного и рассудительного, но неприятный холодок стал постепенно отступать. А Димка меж тем продолжал:

-Не надо никогда по этому поводу расстраиваться и корить себя. Что сделано, то сделано. И сделано оно было не трезвым холодным расчетом, а из-за этого, - Димка постучал себя по левой стороне груди. – А оно ошибок не делает… Так что вставай, пойдем в машину, ночлег устраивать будем. А делал ты действительно все классно. Умница!

Эти слова Димка проговорил, уже обернувшись, направляясь к машине.

А Сашка все сидел на корточках. Он думал о том, что как же все-таки обернулось все. Ведь он даже мысли такой предположить не мог,
(врешь!)
о том, что они с Димкой будут близки. А вот, гляди ж ты. Неприятный осадок ушел окончательно, уступив место непонятному чувству. Оно не приходило к Сашке ранее. Никогда. Он не знал этому чувству название, но оно было приятным и одновременно волнующим, ожидаемым и одновременно пугающим. Но каким бы оно не было, оно касалось только Димки, только его одного. Единственного…

Сашка вздохнул и, поднявшись, пошел к машине. Пошел с этим чувством, бережно неся его в себе, словно боясь растерять по дороге…

-Мур-мур-мур, - можно было услышать Санькин голос из машины. Спустя каких-то полчаса…

***

Да что это со мной происходит? Вместо того чтобы спать рядышком с Олегом, я как дурак сижу здесь, на этой остановке и глушу пиво. Что случилось? Почему этот Сашка не выходит у меня из головы? Да, было, да хорошо. Но ведь прошло же… А прошло ли? В том-то и дело, что похоже, что нет. Ну как так? Откуда во мне это? Откуда?

Димка сидел на пустынной остановке, сжав голову руками. Он не заметил, как последние слова произнес, нет, прокричал вслух. В груди что-то щемило. Что-то билось и рвалось наружу, как запертая в клетке птица.

Да, я поступил с ним подло. Потому что не позвонил. Ну так надо это сделать. Надо позвонить и сказать, что
(я тебя люблю)
встречаться нам с ним больше не надо. Черт, я ведь не смогу это сделать. У меня не хватит смелости. И еще, самое, наверное, главное, я не хочу этого делать. Просто не хочу. Я хочу с ним встречаться. Постоянно. Всегда.

Ну уж нет… Давить, давить в себе это надо. Сколько их у меня еще будет – не счесть. И таких, и лучше… Надо стараться… Надо.

Димка тяжело соскочил с лавочки и побрел вдоль дороги по тротуару. Редкие в этот час машины обгоняли его. Водители с удивлением глядели на ссутулившегося молодого парня, одинокого идущего, а вернее тяжело переставляющего ноги, по самой кромке тротуара с бесполезной бутылкой пива в руках.

***

После того самого памятного для обоих пикничка прошло два месяца. Целых два месяца, насыщенных до предела взаимными встречами. Они виделись чуть ли не ежедневно. И каждый раз это было как в первый раз. И где бы эти встречи не происходили – в машине, в парках, у Сашки дома, в отсутствии жены и дочки, на квартире у Димкиного приятеля, заботливо одолжившего от нее ключи – они были всегда радостными, наполненными до предела взаимностью, лаской, и наверное, любовью. Хотя, как знать…

А сколько всего неожиданного и прикольного происходило за это время. Один раз даже их чуть было не застукала Сашкина жена, неожиданно вернувшаяся рано с работы. Они с Санькой разгоряченные и потные в это время лежали на диване, отдыхая от бурного свидания, и тут в замке раздался скрежет ключа. Как подброшенные какой-то силой, оба мгновенно подскочили и бестолково заметались по комнате. Одеваться уже было бесполезно, все равно бы Димка не успел. Он носился по комнате, судорожно соображая, куда бы спрятаться, а Саня лихорадочно рассовывал его вещи по разным углам и ящикам. Вот уже открылась входная дверь в квартиру. Димка еле-еле успел в чем был, то есть без ничего, втиснуться под кровать и сжавшись там в клубок, затаиться. А Сашка в это время только и смог, что натянуть спортивные штаны, и то – задом наперед и выйти навстречу жене, уже разувавшейся в коридоре. Это было просто какое-то счастье, что она не заметила Димкины туфли. А Санька, треща как сорока без умолку, уже зазывал жену в универмаг, и даже обещал ее туда свозить на машине, что само по себе – невиданное дело. Жена, слегка ошалев от такого наскока, тем не менее, с радостью согласилась, а Санька успел шепнуть Димке, проходя мимо кровати и сделав вид, что ищет тапочки:

-Ключи на тумбочке, возле телефона. Завтра на том же месте. Не забудь их.

Все обошлось. На следующий день оба хохотали, вспоминая вчерашнее.

Да, чего только не было… Димка даже нарушив свое одно из неписаных правил, взял Саньку с собой на соревнования и, против ожидания, выиграл их, получив долгожданного “мастера”. После этого он стал называть Сашку ласково “мой талисманчик”.

Дни текли как вода в горной речке – весело и бурно. И каждый из них не думал, да и не хотел думать о том, а что же будет дальше? Ведь вечно это продолжаться не могло. Рано или поздно их отношения начнут постепенно трескаться. Димка это знал, как и то, что лучше расстаться заранее, форсировав это ухудшение. Расстаться в одностороннем порядке – легко и быстро. О том, что вдвоем, любя друг друга, можно жить долго и счастливо, Димка не знал, а может, и не хотел. А вот Санька, тот точно не задумывался, ни о том, что ждет их впереди, ни о том, что задумал Димка. Он просто получал громадное наслаждение и удовольствие от даже простого присутствия рядом этого худого нескладного пацана с постоянной ироничной полуулыбкой и слегка насмешливыми глазами. А этот пацан все никак не мог решиться. Все откладывал это на потом, все тянул. Но час тот настал, что должно было случится, то случилось, и в результате…

***

Димка брел по дороге, не разбирая ее, глядя вперед невидящими глазами. Он не знал, куда он идет, зачем он туда идет, он просто шел…

***

Да плевал я на все его звонки, и на него тоже. Подумаешь… Переживу, не растаю, не Снегурочка.

Сашка уже знал, он просто чувствовал, он не мог объяснить как, но он знал, что звонка ему не дождаться. Никогда. От этого становилось так горько и даже страшно, что хотелось просто кричать. Но Сашка, сжав челюсти, все гнал и гнал вперед. Может, он ехал домой, а может…

Ну почему он так подло со мной поступил? За что мне это? Почему все так несправедливо?

Он задавал себе вопросы, на которые ни он сам, да и никто, наверное, не смог бы дать ответ. Но неожиданно Санька прекратил играть желваками, лоб его разгладился, лицо просветлело.

Пусть так. Пусть он сейчас развлекается с каким-нибудь другим наивным и доверчивым пацаном. Пусть он даже и не вспоминает обо мне. А если и вспоминает, то с усмешечкой, как я его, мол, ловко-то наколол. Пусть со смехом рассказывает обо мне своим знакомым. Пускай. Но я так поступать не буду. Просто не хочу. Я разыщу его. Обязательно разыщу, чего бы мне это не стоило. Разыщу лишь только для того, чтобы, глядя ему в глаза, сказать всего четыре слова. Четыре. “Я тебя люблю, Димка”. Сказать и уйти. На сей раз навсегда. Что ж, когда-нибудь мне станет легче, возможно, я это и позабуду. А наверное, так и не смогу… Да и надо ли?

***

Димка шел… Это неведанное до сих пор щемящее чувство, зародившееся в нем, ширилось и росло. Он шел. Шел по направлению Сашкиного дома. Шел, не задумываясь, зачем он туда идет. До сих пор все свои поступки он просчитывал холодным и трезвым разумом, сознанием, не ведавшим глубоких эмоций. Сейчас его к Сашке вело сердце. Впервые. Наверное, впервые. Оно, это самое сердце, зов которого он успешно в себе всегда давил, сейчас подавило его сознание. Оно, словно вырвавшись наружу, вело его за собой. Вело, озаряя путь. Вело туда… Туда где был ОН. Тот, которого Димка любил. Любил первый раз в своей жизни…

***

Сашка ехал… Ехал домой, устав от ночных терзаний. Он был спокоен, как человек, принявший трудное решение и свыкшийся с ним. Ехал, что бы лечь спать и заснуть, наверное заснуть, тяжелым неспокойным сном.

***

Димка брел вдоль дороги…

Саня приближался к дому…

***

Через десять минут они встретятся. Встретятся, чтобы больше уже никогда не расставаться, чтобы идти по жизни рука об руку, что бы, в конце концов, любить и быть любимым. Всегда. Везде. Всю жизнь. А ведь это главное, черт возьми!

Категория: Саша + Дима | Просмотров: 553 | Добавил: dmkirsanof | Теги: Саша + Дима | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar